Боруто 1 сезон 242 серия
27 марта 2022 года
Манга Боруто 69
20 апреля 2022 года
Блич 367
2021 год
Манга Блич 686
Финальная глава
Хвост Феи 328
Финальная серия
Манга Хвост Феи: 100 летний квест
23 апреля 2022 года.
Ван Пис 1014
27 марта 2022 года
Манга Ван Пис 1044
25 марта 2022 года
Форма входа
Логин:
Пароль:
Забыл пароль |

НАША РЕКЛАМА
На форуме
Тема: Наруто vs Саск...
Написал: Эспада
Дата: 2024-05-19
Ответов в теме: 10
Тема: Сильнейший улу...
Написал: Four-to-Eight
Дата: 2024-05-19
Ответов в теме: 9
Тема: Обсуждение ман...
Написал: goodday
Дата: 2024-05-19
Ответов в теме: 6213
Статистика

В деревне: 247
Учеников: 237
Шиноби: 10

Saspect, Ablay, Four-to-Eight, god_death, Star4e, Akira_arai, Relizz, StillWater, MuLLlyTka, deadman

Орёл, несущий копьё. Арка 4. Глава 7

Огонёк свечи, часами горевший ровно, на миг вспыхнул ярче и погас.

— Кто-то ушёл, — рассеянно заметил Аларикус; взяв погасшую свечу из подставки, он вдохнул последний дымок от фитиля. — Как думаете, кто?

— Очередной из мальчишек, — сказал дед. Скелет, в который как обычно был призван дух Райнхарда Тодлера, повернул к юноше голову и уставился пустыми глазницами. — Заинтересовался?

— Так ведь ушёл не сам.

Скелет стукнул зубами пару раз, выражая не то насмешку, не то одобрение, не то ещё что — Аларикус не слишком хорошо разбирался в эмоциях, особенно тех, что демонстрировали голые кости без участия мимических мышц. Постояв немного в задумчивости, Аларикус вернул свечу на место и вышел из своего подвала.

Свет солнца, окруживший его в холле первого этажа, был неярким — тучи закрывали собой всё небо, — но всё же светом солнца, от которого Аларикус порядком отвык за время, что просидел в своей лаборатории. Немного проморгавшись и пообвыкнув, юноша отправился искать других обитателей дома; найти их оказалось несложно — в последнее время все собирались в гостиной на втором этаже, где было старое фортепиано и преобладала тёмно-кровавая расцветка мебели и стен. Там же преимущественно случалось и всё самое интересное.

И вот сейчас в комнате стояли носилки, на которых лежало тело, закрытое чёрной материей.

— …сколько ему потребуется времени, — быстро говорил Влад, то и дело принимаясь нервно теребить край рукава. — Мы не знаем, кто был в курсе и может сообщить… — он оборвал себя, услышав шаги, и резко обернулся к двери. — Аларикус?..

— Значит, ты почувствовал? — больше утвердительно, чем с вопросом произнёс Адлер, глядя на Аларикуса с тенью улыбки.

— Да, — подтвердил он и остановился возле тела, склонив голову к плечу. «Макс или Деян, Деян или Макс?.. — гадал он, но вдруг с пронзительной ясностью решил: — Макс. Должен быть Макс».

— Мы не сможем долго это скрывать, — одним из самых своих занудных тонов сказал Влад, вновь глядя только на Адлера. — Нужно решать, что делать дальше. И чем скорее, тем лучше.

Гриндевальд молчал. Думал или делал вид, что думает, в то время как решение на самом деле принял уже давно — кто знает?..

— Что ж, — наконец сказал он, — раз всё так обернулось, атакуем сегодня.

— Сегодня? — Влад растерялся.

— Сегодня, завтра, через неделю — для группы Трамица разницы нет, они уже готовы, — произнёс Адлер, пожимая плечами. — А нам нужно укрыться от бури, которая разыграется, когда об этом, — он махнул рукой в сторону носилок, — станет известно родителям Макса.

«Значит, всё-таки Макс, — Аларикус кивнул себе за догадливость, а затем его размышления ушли в несколько иное русло: — Интересно, насколько его душа сильная? Станет ли сопротивляться, если попробовать вернуть её в наш мир?..»

Вопрос был и вправду хороший. Макс всегда представлялся Аларикусу человеком с закалённой волей и силой духа — таких призывать всегда сложно, если только они сами не хотят вернуться под Луну. «Есть ли у него повод желать вернуться? Ну, он потерял брата, а теперь наверняка вновь встретился с ним… С другой стороны, его лишили жизни насильно, и это могло вызвать желание выговориться, — он чуть-чуть улыбнулся мечтательно. — Так что, призвать его на время? Вот прямо сейчас бы незаметно — обратно в его собственное тело. Вроде лежит себе мертвец, а вдруг как встанет! И это после Авады!..»

Только сейчас увлечённый своей мыслью Аларикус заметил, что Адлер и Влад продолжали что-то обсуждать. Но тут появился эльф, передавший Адлеру письмо, и оба собеседника замолчали, сосредоточились каждый на своём: Гриндевальд на чтении, Штайнер — на преданном ожидании его дальнейших слов. Одного взгляда на них хватило, чтобы воодушевление погасло. «Нет, наверное, они не оценят розыгрыш… Серьёзные, какие все стали серьёзные!..»

— Кажется, вопрос, когда сообщать, тоже решился, — весьма равнодушно заметил Адлер, прочтя послание. — Эльза пишет, чтобы я не задерживал Макса и вернул его ей к ужину — эльфы готовят что-то особенное, да и она хочет порадовать супруга радостной новостью.

— Значит, она знала о возвращении Макса, — Влад горько вздохнул и добавил тихо, не удержавшись: — Как жаль её…

Адлер не отреагировал на это словами, но взглядом его одарил очень холодным. Влад это заметил и мгновенно смутился.

— Я немедленно разошлю распоряжения касательно операции и сам отправлюсь курировать её ход в Мюнхене, — проговорил он, пряча глаза. — Я должен… мне позаботиться о теле?

— С этим я разберусь сам. Передай Деяну, чтобы он, как и обсуждали, взял на себя группу в Дрездене. Начинаем ровно в семь вечера. Напиши Трамицу, что я прибуду в Берлин в течение часа.

Подтвердив, что понял приказ, Влад торопливо вышел, и Аларикус и Адлер остались вдвоём.

Сейчас, когда суета и жажда действий Штайнера не отвлекали, в комнате повис мрачный дух свершённого — дыхание самой Смерти, побывавшей здесь минуты назад. Подставляя лицо этому дуновению, острому, как серп, и нежному, как прикосновение матери, Аларикус втянул, насколько позволяли лёгкие, воздух, в котором пока ещё не чувствовался сладкий запах мертвячинки, но первые терпкие нотки опытным носом уже угадывались.

А ещё внимание привлекал он, Гриндевальд. Он застыл, неподвижен, размышляя о чём-то своём, а вокруг него клубилась аура, сотканная из теней и проклятий. Аура Тёмного мага — более того, мага, воздающего должное Смерти, принося ей жертвы с завидной регулярностью. «Хотя, задумывается ли он об этом вообще? Нет, скорее всего нет… Он бросает камни в воду ради забавы, потому что хочет посмотреть, как они потонут; мой труд — выбрасывать их тени обратно на берег. Забавно…»

Гриндевальд тряхнул головой и позвал:

— Тилль, — домовик появился и произнёс с поклоном:

— Хозяин?

— Доставь эти носилки моей кузине Эльзе в Вену, — распорядился Адлер. — Никаких объяснений, никаких слов. Доставить и уйти.

— Как прикажете, хозяин, — почтительно ответил эльф и, вызвав собратьев, вместе с ними взялся за ручки носилок и исчез.

Вновь повисла тишина, а затем их взгляды встретились, Аларикуса и Адлера. И это означало, что почти наверняка последует разговор — люди не слишком-то любят, посмотрев в глаза, продолжать молчать.

— Я отправляюсь в Берлин, — сказал Адлер, и в голосе его звучала сила, — для того, чтобы возглавить акцию в магическом квартале. Ты пойдёшь со мной.

— Кого-то нужно поднимать? — вяло осведомился Аларикус, на самом деле больше, чем на его словах, сосредотачиваясь всё так же на ауре Гриндевальда — этом тёмном облаке, смертельном, опасном, таком многообещающем…

— Нет. Но я собираюсь на время закрыть доступ в поместье для всех, потому что предвижу возможность визита нежеланных гостей, и мне нужно, чтобы здесь не было никого, — он усмехнулся. — Мы скроемся от бури в центре смерча, который сами же и закрутим.

Подвал, в который они прибыли для встречи с группой активистов, был местом весьма унылым и блеклым. Самой яркой деталью в нём было висевшее на стене полотнище-знамя с громким лозунгом, призывавшим к борьбе, а всё остальное: помещение, мебель, люди — было однообразно серым и побитым жизнью. Интереса ко всему этому, к беготне окружающих у Аларикуса не было, и он устроился в дальнем углу и оттуда наблюдал, как Адлер говорит с вожаком этой серой своры. Впрочем, наблюдал — сильно сказано, скорее просто смотрел в их сторону.

Рядом с ним кашлянули, затем ещё раз, явно стараясь привлечь внимание. После четвёртой попытки, в некоторой степени удивившись настойчивости неизвестного, Аларикус слегка повернул голову в сторону источника звука, коим оказалась девушка с алой косынкой на светлых волосах.

— Прости, если отвлекаю, — сказала девушка с приветливой улыбкой, — но ты сидишь тут один так неуютно… Может быть, хочешь чего-нибудь? Воды или яблок? Лин сегодня вернулась от родителей из деревни и привезла пару мешков.

Аларикус ничего не ответил, и девушка проговорила:

— Ну… ладно, как хочешь. Какой-то ты неразговорчивый, в отличие от товарища. Он вот со многими уже побеседовать успел, и яблоки наши пробовал — вкусные… — слегка замявшись, она спросила, пытаясь придать голосу шутливый оттенок: — А почему вы носите маски даже здесь, среди нас? Неужто ваши личности — такая большая тайна?

Аларикус глядел на неё, почти не мигая, и продолжал молчать — по опыту знал, что так легко заставить человека смутиться и уйти. Так и произошло: девушка быстро отвела взгляд и, пробормотав что-то под нос, отошла, и больше к его углу никто не подходил. «Жаль немного, что у них только яблоки, — подумал Аларикус с тень разочарования, — воскресшая мышь или скелет индейки значительно бы разбавили атмосферу». На оставшееся время он занял себя тем, что принялся подсчитывать, сколько мертвецов сможет поднять теперь, после всех тренировок.

Ближе к семи вечера к нему подошёл Адлер и объявил:

— Сейчас выдвигаемся к домам чистокровных сторонников «Марша». Не знаю пока, насколько далеко всё зайдёт, но в любом случае держись меня.

— Ага, — с большим безразличием откликнулся Аларикус.

Адлер мрачно взглянул на него.

— Тебе вообще не интересно, чем мы занимаемся?

Аларикус просто кивнул, не стал говорить, что на самом деле заинтересован — вот только не в акции, в Адлере. В том, что он может устроить, если будет возможность.

— Окружайте их на улицах, — раздавал Гриндевальд финальные указания, легко вскочив на стол посреди подвала. — Кричите вслед, тесните и провоцируйте — они не выдержат «ущемления своего достоинства», — он обозначил, что берёт эту саркастично брошенную фразу в кавычки, и многие собравшиеся засмеялись. — А вот когда чистокровные выхватят палочки и нападут — вот тогда не стесняйтесь ответить! Помните, вы слишком долго принимали удары — теперь их черёд!

— Верно! — крикнул дородный детина, которому Аларикус, стоявший рядом, едва доходил до плеча. — Поставим уже этих ублюдков на место!

Активисты зашумели в едином порыве согласия. Их лидер крикнул:

— Вперёд! — и серая свора расходилась небольшими стаями не более чем по четыре человека; все оделись так, чтобы привлекать меньше внимания, и прихватили с собой тканевые полумаски — Аларикус видел, как на выходе их раздавала, беря из коробки, девушка в косынке, подходившая к нему ранее. Адлер же, не удовлетворившись одной только маской, подошёл к сокрытию собственной личности более старательно: чарами изменил форму ушей, цвет волос на более тёмный, а голос сделал ниже и грубее.

Они вышли последними и уже за поворотом увидели, как трое в масках обступили двоих магов в дорогих мантиях; когда Аларикус прошёл мимо, за его спиной раздался свист первого заклинания, а затем замелькали вспышки — чистокровные позволили втянуть себя в бой. Дальше по улице пришлось задержаться — здесь заварушка была побольше и без явного преимущества одной из сторон. Адлер выхватил палочку, чтобы помочь, а Аларикус отошёл чуть в сторону. Возле соседнего дома девушка в косынке через ограду кричала на женщину, что сидела на скамейке по другую сторону:

— Вы высасываете из нас все соки, а потом называете отребьем! Да если бы не было нас!..

— Силенцио, — произнесла ведьма, указав на неё палочкой, и когда девушка замолчала, лишённая голоса, с выдержанным хладнокровием вернулась к книге, которую читала до того.

Девушка вспыхнула от негодования, а затем в её руке возникла бутылка с торчащим из неё фитилём. Сверкнула искра, миг — и бутылка летит над забором, врезается в ствол занесённого снегом дерева и разлетается на осколки, разливая огонь, разбрызгивая его во все стороны. Часть огня попала и на ведьму с книгой; её мантия вспыхнула за секунды, и женщина закричала от боли и шока, бросилась в снег, пытаясь сбить пламя, начисто забыв о магии — первобытный инстинкт взял своё. Аларикус стоял неподалеку и хорошо видел это и с некоторым любопытством ждал, чем всё кончится: сумеет ведьма потушить огонь или нет? А возле самой ограды девушка, уже снявшая с себя заклятие немоты, разразилась смехом, наблюдая за тем, как её жертва катается по земле.

— Эва! — к ней подбежал главарь активистов, с которым сегодня долго беседовал Адлер; Эрих его зовут, кажется. Посмотрев в ту же сторону, что и девушка, он усмехнулся и вдруг притянул Эву к себе и впился в её губы поцелуем — она ответила с жаром, обвив руками шею парня.

Аларикус наблюдал за этим, не понимая.

Подоспел Адлер, смерил парочку раздражённым взглядом и окликнул:

— Идёмте! Скоро появятся люди из Управления правопорядка, нам нужно успеть как можно больше до этого.

Эрих и Эва разъединились, переглянулись и, выхватив палочки, кинулись в гущу того, что творилось.

Улица начинала пылать. Некоторые, как Эва, уподобились маглам и разбрасывали бутылки с зажигательными смесями; другие били заклятьями стёкла, а какой-то юнец со странным остервенением уничтожал указатели и вывески на домах. Пешеходы разбегались, прикрывая головы, стараясь не встречаться взглядами с теми, кто учинил этот хаос во всегда спокойном районе.

Вокруг творилось что-то бессмысленное: взрывы, звон бьющегося стекла, выкрики заклинаний и беготня. Аларикус шёл через это вслед за Гриндевальдом без понимания, но и без интереса — его навыки не были нужны этим странно протестующим магам, и он скучал. В отличие от всех вокруг.

— Поджигай! — кричала, надрываясь, Эва.

— Заставим их нас бояться! — раззадоривал своих людей Эрих и сам выпускал по домам Бомбарды, уничтожая отделку и балконы.

— Да что вам надо?! — в бессилии взвизгнула какая-то женщина, обезоруженная, спутника которой горячие головы повалили на землю и теперь увлечённо избивали. — За что?!

— За то, что вы делаете то ж самое c нами! — крикнул ей кто-то. — По-другому, но то же!..

В воздухе над улицей взвились и рассыпались предупреждающие вспышки синего цвета.

— Всем опустить палочки! — раздался усиленный магией голос. — Повторяю: всем опустить палочки, иначе мы будем вынуждены применить…

Слова заглушил новый взрыв, сопровождавшийся криками и улюлюканьем. В ответ в протестующих ударила мощная водная струя. Закрыв себя и Аларикуса от неё барьером, Адлер обернулся.

— Здесь нам больше делать нечего, — и юноши трансгрессировали в лондонский «Дырявый котёл», где договорились встретиться с остальными.

— И в чём смысл? — всё же спросил Аларикус, когда они устроились в дальнем углу почти пустого зала.

Адлер, явно не ожидавший от него вопроса, немного помолчал, пристально на него глядя, а после пояснил:

— Смысл в том, чтобы ярые защитники прав маглорождённых столкнулись с убеждёнными в своей избранности чистокровными. И чем жёстче и кровавей будут эти стычки, тем с большей охотой люди примут нас, когда мы заявим, что все маги — братья.

В этом была определённая логика, но вникать в детали Аларикус не желал, поэтому отрывисто кивнул и отвернулся. Адлер достал из кармана записную книжку Семёрки.

— Хм, — протянул он, прочтя какую-то запись. — Лестрейнджи сообщили Деяну, что Лорд требует нас, — он задумался и добавил явно больше для себя: — Кажется, всё же назрел штурм Хогвартса.

«Отлично, — подумал Аларикус. — Значит, будет много трупов…»
Категория: Драма/Ангст | @Nathan92 | Просмотров: 305 | Добавлено: 2016-11-15
Комментариев нет :(
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]