Боруто 1 сезон 242 серия
27 марта 2022 года
Манга Боруто 69
20 апреля 2022 года
Блич 367
2021 год
Манга Блич 686
Финальная глава
Хвост Феи 328
Финальная серия
Манга Хвост Феи: 100 летний квест
23 апреля 2022 года.
Ван Пис 1014
27 марта 2022 года
Манга Ван Пис 1044
25 марта 2022 года
Форма входа
Логин:
Пароль:
Забыл пароль |

НАША РЕКЛАМА
На форуме
Тема: Граней серо ге...
Написал: Rikudo_SenninLOL
Дата: 2024-03-03
Ответов в теме: 3
Тема: Джирая vs Кабу...
Написал: Ulquiorra004
Дата: 2024-03-03
Ответов в теме: 119
Тема: Ичиго vs Ямамо...
Написал: sekas_sama
Дата: 2024-03-03
Ответов в теме: 4
Статистика

В деревне: 260
Учеников: 252
Шиноби: 8

Randik, Doncyber, Emil15, FatherTaker, dr31k0, Naruto_Yondame, Mutsu_Inmay, ADEPTYS

Два мира 2. Глава 1. Часть 2

Ветер трепал волосы, поднимал клубы песка и носил их по огромной жёлто-охровой пустоши, которую жители Страны Ветра зовут домом. Песок норовил забиться в сандалии, под одежду, и наглухо застёгнутый плащ с высоким воротом и соломенная шляпа, отделанная белыми лентами, едва от него спасали.

Поминутно морщась, Дейдара старался идти как можно быстрее. Он не видел пустыню порядка двух лет — и, признаться, не видел бы ещё столько же.

— Ненавижу песок, — пробубнил он. — Ненавижу пустыню. Ненавижу эту долбаную миссию.

— Полагаю, если бы нас отправили в Коноху, ты возмущался бы меньше? — проникновенно поинтересовался Орочимару.

Дейдара покосился на него и нахмурился.

— Забыл упомянуть: ненавижу тебя, мм.

Змей растянул губы в едкой ухмылке.

— Полагаю, если бы здесь был Скорпион, возмущения тоже бы поубавилось?

Отвечать Дейдара не стал и, пониже надвинув шляпу, ускорился. Новую миссию он считал своим наказанием — правда, за что, так и не понял, но был искренне убеждён, что лишь за страшнейший косяк Лидер мог послать его в Суну, да ещё и в компании Орочимару.

Все доводы о том, что и его, Дейдару, и Змея в Деревне Песка, мягко говоря, не жалуют, были Яхико напрочь проигнорированы. «Наша цель — наладить отношения с соседями, — веско произнёс он, когда выпроваживал подчинённых на задание. — И начинать это налаживание будем с поднятия худших отношений на приемлемый уровень». Примерно то же он ответил, когда Дейдара, отведя его в сторонку, принялся объяснять, что не собирается работать в паре с Орочимару, — правда, ещё дополнительно пригрозил, что если подрывник станет в отместку намеренно саботировать миссию, то последствия будут страшными.

Отчаявшись добиться от него справедливости, но обиду всё же порядка ради затаив, Дейдара пошёл к Кисаме и попытался уговорить его махнуться партнёрами на задание: мечник со Змеем более-менее ладил, а для Дейдары с недавних пор работа с Итачи не была проблемой. Кисаме внимательно выслушал его проникновенные увещевания, а затем кратко, практически на пальцах объяснил, куда Дейдара может идти вместе со своими предложениями, — это вылилось в фееричный скандал со взрывами и дырами в стенах тренировочного зала. Разнять мечника и подрывника долгое время никто даже не пытался: Акацуки любили понаблюдать за интересными боями, — и лишь появление Итачи и его крайне красноречиво горящий Мангекью остановили сражение. Затем, конечно, последовало очередное внушение от Яхико и приведение порушенного в исходное состояние — благо, магия решала подобные вопросы быстро и безгеморройно. Ну, а после всего этого, так как Конан была полностью поглощена подготовкой к собранию, а команда Така ещё раньше отправилась в тур по окрестным мелким странам, пришлось принять настоящее положение вещей и выдвинуться в Суну.

Приближаясь к деревне, Дейдара не мог не думать о том, что Итачи и Кисаме сейчас, наверное, уже в Конохе — в месте, куда ему самому так хотелось попасть. В последние месяцы Селение Листа стало для него навязчивой идеей, и вовсе не из-за своей истории или красот — из-за всего одной девушки. Во время беззаботного пребывания в Хогвартсе Дейдара и представить себе не мог, что жить в расставании будет так трудно. Ему казалось, что если расстояние и разлучит их, то это будет ненадолго, — и эти четыре месяца оказались для него тяжёлыми. Не только, впрочем, из-за Хинаты; был ещё один человек, о котором Дейдаре так некстати напоминала эта дрянная пустыня.

В Суне нукенинов ждали: когда они подходили, из прохода, ведущего в деревню, показался отряд и двинулся им навстречу. Метрах в трёхстах от ворот шиноби встретились.

— Приветствую вас в Суне, — старший брат Казекаге старался говорить вежливо, но получалось сквозь зубы. — Прежде, чем вы войдёте в деревню, хочу предостеречь вас от необдуманных действий.

— Что ты имеешь в виду под «необдуманными действиями»? — вкрадчиво поинтересовался Орочимару, приоткрывая лицо. Разглядев его, Канкуро помрачнел ещё больше.

— Почему именно ты? — процедил он — Дейдаре вспомнилось, что Змей был тем, кто убил Четвёртого Казекаге, отца этого парня.

— На всё воля Лидера, — отозвался Орочимару, уже откровенно издеваясь.

Канкуро стиснул кулаки, его лицо перекосила гримаса ненависти. За его спиной джонины, почуяв закипающий гнев предводителя, напряглись.

— Короче, — не выдержав, встрял Дейдара в перепалку, — мы — послы Лидера Акацуки и Амегакуре, прибывшие в Суну с миром. Клянёмся не совершать ничего, что пошло бы во вред Селению Песка и его народу, мм. Теперь ты нас впустишь?

Не открывавшего лицо Дейдару Канкуро всё же узнал — по голосу, судя по всему, — и, казалось, разозлился ещё сильнее. Впрочем, он всё-таки взял себя в руки.

— Следуйте за нами, — проговорил он и, развернувшись, двинулся обратно к селению, и нукенины последовали за ним; джонины Песка замыкали шествие.

«А ты, оказывается, дипломат, Дейдара-кун», — раздался в его голове язвительный комментарий Змея.

«Просто надоело вас слушать, — огрызнулся Дейдара в ответ. — И хватит этого «кун», раздражает, мм».

По ухмылке Орочимару он понял, что поблажки не дождётся.

Миновав длинный проход, тянущийся между высокими стенами, шиноби вышли на площадку, с которой открывался хороший вид на деревню. Суна практически не изменилась с тех пор, как Дейдара был здесь в последний раз — всё те же прямые улицы, сходящиеся к резиденции Казекаге в центре селения, всё те же дома из песчаника, всё то же желтоватое однообразие. А вот в Конохе — Итачи рассказывал — полно извилистых улочек, разноцветных домов, тихих подворотен…

По улицам прошли быстро, нигде не останавливаясь. Краем глаза Дейдара замечал страх и злобу на лицах жителей, выглядывавших из окон, но не придавал этому ни малейшего значения: его никогда не волновало мнение масс, да и вообще почти ничьё.

«Интересно, что было бы, если б здесь вместе со мной в самом деле был Данна?» — вдруг подумалось ему, но Дейдара тут же мотнул головой, прогоняя мысль прочь, заставляя себя сосредоточиться на деле, ради которого был прислан в эту деревню.

Казекаге встретил нукенинов холодным, внимательным взглядом; даже если личности послов, выбранных Яхико, и вызвали у него недовольство, вида он не подал.

— Приветствую, — негромко произнёс Гаара, когда Акацуки подошли ближе, а Канкуро встал за спиной его кресла возле светловолосой девушки с надменным лицом — Темари, кажется. — Какие новости вы принесли?

— Всё остаётся в силе, — хрипло произнёс Орочимару. — Через неделю состоится встреча глав Акацуки, Суны и Конохи и подписание мирного договора, на следующий день — заключение альянса, который объединит страны Дождя, Ветра, Огня, Травы, Водопада и Звука.

— Даже не верится, что это в самом деле происходит, — хмыкнул Канкуро. — Никогда ещё, наверное, не было объединения с таким странным составом.

— Наш Лидер надеется, что в дальнейшем удастся эту коалицию расширить, — миролюбиво заметил Орочимару. Даже спустя несколько месяцев Дейдара всё не мог понять, притворяется Змей или в самом деле поддерживает идеи Яхико.

— Это было бы благом для всех нас, — сказал Гаара, продолжая пристально глядеть на нукенинов. Что он пытался по их лицам угадать? Истинные намерения Лидера? Их собственное отношение к затее?.. Дейдаре не нравился этот взгляд и он поспешил перевести тему.

— Мы планировали отправиться обратно в Аме завтра вместе с вашими наблюдателями, — сказал он и посмотрел в окно — ветер усилился, и из-за завесы песка теперь не было видно практически ничего. — Но что-то мне подсказывает, что придётся задержаться, мм.

— Судя по всему, да, — подтвердила Темари. — Скорее всего, к ночи начнётся серьёзная буря. Вам повезло добраться сюда раньше этого момента.

— Ага, — безразлично откликнулся Дейдара, не став говорить, что благодаря напарнику неплохо поднаторел в способах выживания в пустыне. Бывшему напарнику, вернее.

— В резиденции есть комнаты, специально предназначенные для послов, — произнёс Гаара. — Предлагаю вам остановиться здесь.

«Чтобы мы лишний раз не волновали народ, бродя по деревне», — хмыкнул про себя Дейдара. Впрочем, предложение было неплохое, и отказываться не имело смысла.

Оставив Гаару и Канкуро в рабочем кабинете главы Суны, Акацуки вместе с Темари вышли в коридор. Ведя их по резиденции, девушка хранила ледяное молчание, старалась лишний раз не смотреть в их сторону. По-видимому, из всей этой семейки лишь Гааре дана способность носить маску абсолютной бесстрастности.

— Вот ваши комнаты, — холодно сказала Темари, указав на две двери. — Мне распорядиться об обеде?

— Не надо, — отмахнулся Дейдара. — Не будем злоупотреблять вашим… гостеприимством, мм.

Темари прищурилась и, казалось, была готова зашипеть, точно рассерженная кошка. Демонстративно отвернувшись от неё, Дейдара вошёл в левую дверь и тот час же захлопнул её за собой: хотел дать понять и девушке, и тем более напарнику, что не ищет компании. Подумав немного, достал волшебную палочку из специального кармана в сумке, где теперь большую часть времени её носил, и заклинанием запер дверь.

Кинув шляпу и плащ в кресло, более аккуратно поставив туда же сумки с глиной, Дейдара подошёл к круглому окну. Пожалуй, в его личном рейтинге наименее приятных для жизни селений Суна потеснит с первого места Аме с её вечными дождями, вгоняющими в депрессию: пустыня весьма однообразна, взгляду не за что зацепиться, и крайне неприятна, имея, похоже, лишь два режима существования: жара и песчаная буря. Причём, какой из них хуже, Дейдара до сих пор сомневался.

«Сообщение доставлено, но из-за дурацкой бури мы тут, похоже, серьёзно застряли, мм».

«Ничего, — отозвался Яхико. — Ваше скорейшее возвращение не критично».

«О, какая радость, — съязвил Дейдара. — Но ты, кажется, не понял: мы застряли в чёртовой Суне, где каждая собака не просто нас знает, но ещё и хочет разодрать нам глотки!»

«Хватит истерики, — отрезал Лидер. — Пару косых взглядов уж как-нибудь переживёте».

«Ничего это не истерика, просто делюсь новостями слишком эмоционально, да, — проворчал Дейдара; ему мгновенно стало стыдно за глупый всплеск, недостойный и генина. — Нервы в последнее время ни к чёрту».

«Нукенин с пошаливающими нервами — это опасно, — вдумчиво заметил Яхико. — Что ж, как говорит мудрый Кисаме: «Бабу тебе надо»».

«Иди ты!»

Однозначным плюсом Яхико было то, что ему можно было сказать подобное без опасения получить потом нагоняй за неуважение к главе организации. Впрочем, Дейдара искренне восхищался теперешним Лидером — и в то же время считал его больным на голову: разве нормальному человеку бы пришло на ум то, что Акацуки теперь с лёгкой руки своего предводителя воплощали в жизнь?..

Подойдя к столу, Дейдара извлёк хранящийся в печати на напульснике зачарованный ларец и стал доставать из него продукты — Орочимару пусть крутится, как хочет, а себя лишать обеда он не собирался. Вскоре на магическом огне, разведённом на металлическом подносе, обнаруженном во всё той же шкатулке, жарились кусочки хлеба и лук, и Дейдара, жуя вяленое мясо, открыл на заложенном месте мемуары Елены Когтевран, взятые пару недель назад у Итачи. Он вообще стал много читать в последнее время — от Учихи заразился, не иначе! — и всё больше про мир магов: благо, предусмотрительный Итачи хранил всю свою накопившую за год немалую библиотеку в печати и забрал её с собой в родной мир. Во время безделья в Аме Дейдара, наконец, прочёл «Историю Хогвартса», книжку по уходу за магическими существами, непонятно как завалявшуюся в его собственных запасах с учётом того, что в Хогвартсе он этот предмет не изучал, и даже попытался осилить здоровенный трактат о гоблинских войнах. Впрочем, на двухсотой странице он всё-таки сдался и вернул фолиант Итачи.

Итачи вообще теперь стал кем-то вроде магического библиотекаря организации, в членах которой проснулась неожиданная любовь к чтению (или движущимся картинкам, кто знает?). Началось всё с просьбы Лидера наложить на всех языковые чары, позволяющие понимать английский, — на всякий случай, как он выразился; после Яхико, Конан и Нагато сели за штудирование томов, таким образом изучая новый мир; затем как-то раз пришёл Орочимару и как бы невзначай поинтересовался, нет ли в собрании Итачи чего-нибудь о медицине, — а после и нескольких дней не проходило, чтобы к Учихе не заявлялся кто-нибудь из товарищей с просьбой дать что-нибудь почитать. Это, кажется, даже в определённой мере раздражало Итачи, которого вечно отрывали от дел; чтобы решить эту проблему, Нагато недавно предложил выделить отдельное помещение под хранение литературы из волшебного мира, — Итачи пока не соглашается, но что-то подсказывало Дейдаре, что именно этим всё в итоге и кончится.

Книга была довольно интересная, Елена писала хорошо, но сосредоточиться на содержании отчего-то не получалось, а бесцельно пялиться в страницу было не вариантом. Поэтому, отложив книгу, Дейдара поднялся, не спеша потянулся и, расколдовав дверь, выскользнул в коридор, после чего вновь запер её чарами. Тихо пройдя вперёд и завернув за угол, он поднял палочку и прошептал:

— Гоменум ревелио!

Магическая волна прокатилась по прилегающим коридорам, однако ответа не последовало: те были пусты. Как видно, в этой части резиденции люди редко бывали — или же присутствие нукенинов отпугнуло всех?..

Хмыкнув себе под нос, Дейдара сунул палочку за пояс и побрёл, куда глаза глядят. Ничего интересного, впрочем, он на пути так и не встретил: все проходы были однообразны, как и двери выходящих в них комнат, и пейзаж за круглыми окнами, представлявший собой теперь сплошной песчаный заслон. Однако возвращаться в комнату не хотелось, и Дейдара шёл дальше, спустился на пару этажей вниз, пока не попал в тускло освещённый подвальный коридор.

«Уже интереснее», — он неслышно скользнул к единственной двери в самом конце хода. Та была приоткрыта, и Дейдара пробрался внутрь полутёмной комнаты. Со всех сторон на него тут же уставились пустые стеклянные глаза.

Дейдара выругался про себя. Из всех мест надо было забрести именно в это!.. Первым порывом было рвануть прочь, однако он всё-таки остался и медленно прошёл вглубь мастерской. Здесь всё казалось знакомым: детали, чертежи, инструменты, оружие, которым потом мастер оснастит свои творения, аромат свежеоструганной древесины, едва уловимый запах каких-то трав и ингредиентов для ядов…

Дойдя до дальнего конца комнаты, Дейдара остановился перед рабочим столом, где под яркими лампами лежала в прошлом любимая игрушка его напарника — Скорпион, марионетка, копирующая его самого. Мгновенно захотелось взорвать её к чертям собачьим.

— Что ты здесь делаешь? — раздался от двери гневный голос Канкуро.

— Гуляю, мм, — отозвался Дейдара и ровной поступью вышел из мастерской, не глядя на кукловода.

Настроение было испорчено окончательно.

До вечера он читал, а когда надоело, от нечего делать стал превращать кружку в разных мелких животных и обратно. У него по столу как раз прыгал белый кролик, когда в дверь постучали.

— Да? — расколдовав дверь, бросил Дейдара и, поймав кролика за уши, повернулся ко входу. — Какая честь, Казекаге-сама.

Ступивший в комнату Гаара проигнорировал язвительность, неприкрыто сочившуюся в приветствии. Его взгляд, скользнув по кролику, остановился на палочке в руке Дейдары.

— Это та самая вещь? — спросил он, и в его обычно бесстрастном голосе мелькнул интерес. — Волшебная палочка?

Дейдара кивнул и махнул палочкой в сторону пытавшегося вырваться зверька — тот вновь стал чашкой. Гаара подошёл ближе.

— Что ещё с её помощью ты умеешь делать? — с неожиданной жадностью поинтересовался он.

— А разве я должен рассказывать об этом тебе, мм? — хмыкнул Дейдара.

— Один из пунктов договора, который будет подписан через неделю, — обмен информацией о мире магов, — серьёзно заметил Гаара, подавив интерес, вновь надев обычную маску.

— Ах, точно, — Дейдара продолжил нахальничать, желая посмотреть, как далеко Казекаге позволит ему зайти. — Суне же не перепало ни одного знатока в этой области… Кажется, это не очень хорошо для безопасности твоей деревни, да?

Лицо Гаары стало совсем каменным.

— Возможно, мне действительно стоило убить тебя тогда, после вашего возвращения, — очень тихо произнёс он.

— И профукать союз, — так же тихо, но едко протянул Дейдара.

Песчаная буря за окном резко сменила направление и со всей силы ударила в стену снаружи — та выдержала, но крошка с неё посыпалась. Проследив за её падением, Дейдара вновь повернулся к Казекаге.

— Кажется, не у одного меня нервы пошаливают, мм, — он поднялся, поигрывая палочкой. — Ладно, тут есть укромное место?

— Тренировочный зал, — проговорил Гаара, чуть склонив голову набок, явно заинтересованный тем, что собрался делать нукенин.

— Веди.

Зал оказался расположен чуть ли не в противоположном конце резиденции — просторное прямоугольное помещение с мощными стенами, в которых, как и на полу, местами были выбоины: кто-то тренировался чересчур усердно. Выйдя на центр, Дейдара небрежно махнул палочкой в сторону манекена — тому снесло голову режущим заклятием; затем крутанулся на месте, создавая вокруг себя кольцо из огня, которое заставил разлететься во все стороны — Гаару, неотрывно наблюдавшего за его действиями, от урона без труда спасла абсолютная защита.

Входя в раж, Дейдара творил всё новые заклинания, большей частью невербально, но некоторые сложные всё же проговаривая вслух, превращал одни предметы в другие, а те — в третьи, заставлял воздушные и огненные потоки носиться по всему помещению, сталкиваться, вызывая всполохи такой силы, что искры долетали и до самых дальних углов. В конце он прикрыл глаза и, сконцентрировавшись на образе, произнёс:

— Экспекто Патронум!

Из кончика палочки вырвался и взмыл вверх сверкающий дракон и, сделав круг под потолком, растаял серебристой дымкой. Гордо улыбнувшись, довольный результатом — вызвать Патронуса у него до сих пор получалось через раз, — Дейдара повернулся к своему зрителю. Гаара стоял неподалёку, неотрывно глядя в то место, где исчез дракон.

— Ну что, теперь вы довольны, Казекаге-сама? — с преувеличенной вежливостью уточнил Дейдара.

— Более чем, — тихо проговорил Гаара. — Это впечатляет.

— Действительно, — согласился Дейдара. — Хотя в исполнении магов это всё скорее просто эффектно, чем разрушительно, мм.

— Но ты смог бы использовать это и для войны?

— Как любой шиноби.

В зале воцарилось молчание. С минуту Дейдара и Гаара смотрели друг другу в глаза, не отрываясь, даже не мигая. Прежде смертельные враги, теперь они стали союзниками — как же быстро и резко порой всё меняется в мире шиноби…

— Чем был тот дракон? — спросил Казекаге, когда они возвращались в жилую часть резиденции. — Тоже некое оружие для нападения?

— Для защиты скорее, — отозвался Дейдара. — Патронус — это что-то вроде духа-хранителя, помогает против дементоров — такие мерзкие твари, питающиеся положительными эмоциями, мм.

— Удивительно, — Гаара свернул в очередной коридор — и застыл, не в силах сделать ни шага дальше.

Свет здесь почему-то горел очень тускло, едва освещая путь, — но и его хватило, чтобы узнать в куноичи, лежащей на полу в луже крови, Темари. Одного взгляда было достаточно, чтобы понять: она мертва.

Дейдара замер, шокированный, боясь даже предположить, что произошло. Неужели Орочимару предал, неужели рискнул таким вот образом уничтожить саму возможность в дальнейшем заключения союза между Суной и Акацуки?..

Гаара, казалось, перестал дышать; его глаза стали стеклянными, как у тех марионеток. Вокруг бывшего джинчурики стал собираться песок — дурной знак.

— Надо вызвать АНБУ, пусть прочешут здание, — быстро предложил Дейдара, на свой страх и риск подходя к нему. — И надо унести тело. Если хочешь, я…

Однако стоило ему оказаться ближе к Темари, она стала преображаться: черты изменились, светлые волосы отросли и потемнели, сделались иссиня-чёрными, — и вот уже совсем другая девушка встала и скользяще шагнула к Дейдаре, поднимая на него широко распахнутые серебристые глаза.

— Дейдара… — томным шёпотом позвала она, протягивая вперёд руку. — Дейдара… — вдруг её нежное лицо исказила отвратительная презрительная усмешка. — Дурак.

Дейдара содрогнулся всем телом. Он узнал свой ночной кошмар.

— О чём ты думал? — издевательски прошептала она по-английски. — На что надеялся? Зачем признавался в любви, глупый? Полагал, что я отвечу тебе взаимностью? Я, наследница великого клана, — тебе, врагу-нукенину! Всё, что я делала и говорила, было ради информации, ради того, чтобы обезопасить друзей и Коноху. Неужели ты действительно поверил, что я хочу быть — как это ты там говорил? — твоей путеводной звездой?..

Дейдара плотно стиснул зубы и прищурился. Выхватив палочку, указал ею на девушку.

— Риддикулус!

Призрак вскрикнул и с громким хлопком исчез.

Первый шок отступил, и Дейдара, до конца осознав произошедшее, воскликнул:

— Какого хрена здесь делает боггарт?!

Новый день только занимался, а Яхико уже был на ногах, более того, не спал много часов. Виной тому был Дейдара; связавшись с Яхико посреди ночи, он сообщил, что в Суне наткнулся на боггарта — существо из другого мира.

Такое известие мгновенно вырвало разбуженного, уже хотевшего начать возмущаться Яхико из полудрёмы. Благодаря связи колец он отчётливо ощущал за напускным спокойствием тревогу подрывника, а потому верил его словам, хотя то, о чём он говорил, и казалось невозможным.

Пока Дейдара рыскал по резиденции Казекаге, ища затаившееся где-то в тени существо, Яхико последовательно поднял с постелей Орочимару — чтобы помог напарнику в поисках, хотя к тому, кажется, и так присоединились Казекаге и несколько АНБУ Суны, — Итачи и Нагато. Эти двое — Яхико чувствовал — что-то темнили; во всяком случае, безмерно удивлёнными «приключением» Дейдары они не казались. Впрочем, сразу винить их в этом он не стал, дал шиноби время всё обсудить и обдумать, а вот теперь решительно направлялся к комнате друга — за ответом.

Нагато сидел за столом и задумчиво листал какую-то книгу.

— Привет, — сказал Яхико, прикрыв за собой дверь комнаты. — Опять подзаряжаешься? — он кивнул на трубки, идущие от статуи Гедо к спине друга.

— Почему бы и нет? — отложив томик, Нагато поднял на него взгляд. — Подозреваю, в скором времени мне понадобится много сил.

Яхико против воли нахмурился и, подойдя ближе, скрестил на груди руки.

— Что вы с Итачи недоговариваете? — строго спросил он. — Скажи мне правду, Нагато.

Нагато тяжело вздохнул, помолчал немного, а затем негромко ответил:

— У нас с Итачи есть теория, Яхико, и она не из приятных.

— Выкладывай, — Яхико опустился на второй стоявший возле стола стул и приготовился слушать.

— Возвращение из того мира произошло очень сумбурно; с нашей стороны имел место мой эксперимент с печатью, которой поделился Мадара, с другой же — Итачи рассказывал — произошло поглощение чакры Саске и Наруто некой аркой, в которой и открылся портал. И, может, несмотря на несогласованность действий, всё бы и прошло хорошо, вот только при перемещении всё сбилось, — Нагато взял лист бумаги и кисть и начертил звезду с шестью концами. — Шесть Путей, — сказал он, — шестеро перенесённых — такова была математика в прошлые разы. Однако теперь к нам переместилось семеро шиноби, а сколько ушло с Кабуто точно сказать никто не возьмётся. Мы полагаем, что из-за этого в портале случился перекос.

— То есть, — проговорил Яхико, — считаете, что он до сих пор активен?

— Скорее активируется временами, — отозвался Нагато. — Мы пытались засечь его, даже обнаруживали порой следы его активности — те самые глушащие всю сенсорику аномалии, как у храма в Стране Водопада, — однако до сих пор не выявили никакой закономерности.

— Сколько таких активностей было?

— Две, о которых нам известно.

— И вы всё это время молчали? — Яхико чувствовал, что начинает заводиться. Он уже в целом привык к постоянной ауре тайны, окутывавшей все действия и мысли Итачи, но вот Нагато раньше не имел от него столько секретов.

— Хотели вначале убедиться, — Нагато спокойно выдержал его взгляд. — Сейчас по дороге в Коноху Итачи засёк ещё одну аномалию и отклонился от пути, чтобы проверить…

— То есть, Кисаме тоже в курсе?

— Нет. Изменять память напарникам не по-товарищески, но порой необходимо.

Откинувшись на спинку стула, Яхико раздражённо поморщился. Учиха Итачи и без волшебной палочки был невероятно силён, а теперь, овладев ещё и возможностями магии… Будь он другим человеком, уже наверняка бы захватил мир. Яхико постарался взять себя в руки.

— Получается, — проговорил он как можно ровнее, — существо, с которым столкнулся Дейдара, могло прийти из обнаруженной Итачи аномалии?

— Или из другой, неизвестной нам, — добавил Нагато. — Всё же от того места до Суны очень далеко.

— Но почему именно Суна?

Нагато пожал плечами.

— Что думаешь делать с этой информацией? — серьёзно спросил он.

— Поделюсь ею на совете с Каге. И нет, Нагато, это не обсуждается, — Яхико повысил голос, не давая сказать открывшему было рот другу. — В договор входит пункт об обмене сведениями о другом мире.

— Ты слишком честный. Однажды это с тобой сыграет злую шутку.

— Я уже раз от этого умер, так что, думаю, от таких превратностей судьбы защищён.

На это Нагато ничего не ответил, только усмехнулся. Яхико наклонился к другу, поймал его взгляд.

— Больше никаких тайн, — тихо, с расстановкой произнёс он. — Вы должны сообщать мне все детали своего расследования, слышишь, Нагато: все. Это мой приказ, как Лидера Акацуки.

— Будет исполнено, — ровно ответил Нагато.

Яхико кивнул, пока удовлетворённый этим обещанием, и поднялся. В преддверии собрания у него, как главы Амегакуре, было много дел, требовавших внимания.
Категория: Драма/Ангст | @Nathan92 | Просмотров: 101 | Добавлено: 2016-11-01
Комментариев нет :(
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]